Дело в том, что я родилась в нормальной семье. Мама, папа, брат, сестра и я. Вроде приличная семья. Я хорошо закончила школу, поступила в институт, была спортсменкой. Ничего не предвещало моего знакомства с понятием «алкоголизм».
Да, я видела в детстве — мама показывала мне на дядей, которые валялись где-то в кустах, и говорила: «Вот смотри, это алкоголики». Почему-то она делала на этом акцент. Не знаю, зачем она мне это показывала. Может, из-за того, что в Советском Союзе это было обычным явлением.
Помню, когда я приехала из института отмечать какое-то мероприятие. Пришла, там было много народу. Все мы танцуем, поём песни, а какой-то мужик сидит в уголочке. Я подхожу к маме, спрашиваю: «Кто это такой?» — «Ой, не трогай его, он кодированный».
И вот, знаете, у меня сложился такой взгляд: алкоголики — это какие-то мрачные серые люди в уделанных штанах, с синяками и всё такое прочее. И при этом стаж моего питья составляет 20 лет. А за последние 5 лет я не помню себя трезвой.
И, друзья, смотрите, как интересно работает болезнь. Я уже неоднократно прокапывалась, неоднократно лежала в наркологии. И вот, придя к вам, я всё равно думала, что я заблудшая овечка. Потому что, во-первых, пришла во взрослом возрасте. Во-вторых, была материально обеспечена, и мне казалось: алкоголики — это вот те, которые валяются. А я-то кто? Я вон в норковой шубе и с золотом в ушах.
Поэтому я всячески отрицала своё заболевание. Абсолютно. Я пришла в сообщество наладить отношения в семье и научиться умеренно пить. «Не пить совсем» — для меня было страшной фразой.
Так вот я и пришла с этой нечестностью. Меня все спрашивают: «Ты хочешь бросить пить?» Я такая: «Ну да… не… ну, в принципе». А в третьей традиции Анонимных Алкоголиков написано, что единственным условием для вступления в АА явеляется желание бросить пить. А я как маленькая девочка: сегодня желаю, завтра не желаю. Вот такая вот неопределённая.
У меня было 3 года полумер, и знаете, как интересно они проходили… Что такое полумеры? Я не могла честно отдаться этой программе. А все шаги требуют стопроцентной выполняемости. Кто строго следует по этому пути, тот практически не терпит неудачу.
Но нет, я думала: найду какой-нибудь другой путь полегче. Хотя, друзья, программа проста, как хозяйственное мыло. Сделать её — вот что трудно. Совершить новые действия — вот в чём сложность.
И вот что ещё удивительно: здесь меня никто не ругает, никто не говорит: «Если ты сорвёшься, не возвращайся в сообщество». Нет, здесь даже когда люди срываются и при этом возвращаются обратно, мы готовы протянуть руку помощи. Это уникальное сообщество, которое не выгоняет ни одного человека.
Хотя, собственно говоря, для меня срыв — это смерть. Поэтому лучше не срываться, лучше строго следовать по этому пути. Если я алкоголик, то это навсегда. А алкоголик — это тот человек, который утратил меру выпитого. Не важно, что есть разные варианты: «Вот я запойный» или «Я пью только по выходным» или «Я пью месяцами». Я потеряла чувство меры. Вот и всё. Только это имеет значение.
И никакая шуба, никакая машина, никакая должность, никакой бизнес вообще в этом не играют роли, потому что болезнь сидит в моей голове. И даже возраст не играет роли. У меня было два спонсора, которые моложе меня на 10 лет. Я им безумно благодарна, потому что у них те же страхи, те же обиды, та же злость, то же непонимание этого мира…
Я всем говорила: «Если бы вы прошли в моих сапогах, то вы бы не так судили». Да, я всё время считала, что мои сапоги самые тяжёлые, несмотря ни на что. Почему? Потому что эгоизм, эгоцентризм — корень всех моих проблем. Да, вовсе даже не алкоголь.
Когда я пришла в сообщество, я думала, что меня убивает алкоголь. Но меня, друзья, убивает не алкоголь. Меня убивают мои недостатки — я не умею жить в трезвости. И программа учит меня делать новые действия. И когда я делаю новые действия — нет никакой серости в этой жизни.
Не то чтобы слово «алкоголик» было приятным клеймом, хотя да, оно не очень красивое. Но какое у нас сообщество? Мы на одном дыхании, в едином биении сердца. Когда мы встречаемся, мы друг друга понимаем. Но самое интересное: каждый из нас — это истинный бунтарь своеволия, вроде: «Попробуй мне что-нибудь скажи!» Но мы друг друга понимаем. Почему? Потому что нас объединяет не только болезнь, нас объединяет общая воля к жизни, наш прогресс, наше движение, наше выздоровление. Поэтому наше сообщество удивительное, прекрасное.
А новичок — это классно. Это классно, когда к нам приходят. Почему? Потому что та жизнь — это смерть, потому что та жизнь ведёт в никуда. Это страшно. Это опухшие глаза, это слёзы матерей, детей, это несчастные браки. Да, у меня три брака было разрушено. Правда, первый брак распался по другой причине, а вот другие два брака… Один был венчанный, 15 лет продлился — и из-за моего алкоголизма разрушился.
А нынешняя жизнь — жизнь с Богом, жизнь в программе, жизнь с вашим опытом и с вами — это жизнь с большой буквы. Я так рада! Я, конечно, не могу сказать, что счастлива до безумия от того, что я алкоголик, но тем не менее я рада, что у меня есть такая удивительная программа. У меня есть вы.
Я счастлива, когда встречаюсь с вами и вижу блеск ваших глаз, и порой и слёзы — слёзы счастья, радости, потому что мы — смертники, а Бог нам подарил такое счастье: жить и передавать эту программу и Божью любовь из уст в уста, от сердца к сердцу.
Спасибо, что сегодня послушали. Оставайтесь трезвыми.